Слева вновь раздался лай, но Антон, занятый выдиранием палки из зубов квора, слегка тормознул, благодаря чему обзавелся двумя неглубокими царапинами на голени. Пожалуй, это было последней каплей на сегодня - технарь едва расслышал фразу лейтенанта, когда злость заполонила его. Ощущая спиной спину товарища он махал палкой как остервенелый, в каждый удар вкладывая свою ненависть к издевкам судьбы, вроде той, что пережил сегодня. И хотя из трех ударов лишь один попадал в цель - ярость компенсировала все. Даже когда животные ушли, он еще с полминуты рубил воздух, не вполне осознавая, что они отбились. Так, когда-то, в школе, он мог месяцами терпеть обиды, но когда его наконец доставали - он бросался вперед, не считая обидчиков, не чувствуя боли, до тех пор, пока либо его не сбивали с ног, либо пока не оттаскивали в сторону.
- Ага... - отозвался Антон на похвалу, шумно вдыхая и выдыхая воздух. Тело гудело, обещая прилив усталости в течении получаса. Подобрав мешок и вручив палку лейтенанту, Никифоров поплелся следом. Минут через двадцать он, наконец, ощутил как трясутся руки, болит полученная от квора царапина и практически голое тело покрывается "гусиной кожей". В туфлях противно хлюпала болотная жижа, как бы намекая, что пора сделать паузу.
- Еще десять минут - и я простыну, - произнес Антон, останавливаясь, - да и отошли мы вроде достаточно. Хренов день...
Бросив "мешок" наземь он присел на корточки и развязав узел стал доставать свою одежду. Тело к тому времени уже высохло, мокрыми оставались лишь туфли, обмотанные ленточками из парашюта. Подергав их туда-сюда и поняв что вряд ли сможет развязать залепленные грязью, мокрые узлы, Никифоров попросил у лейтенанта скальпель и разрезал стяжки. Сняв туфли и вытерев их травой, он вытащил из кармана штанов бинт, и как мог, на темную завязал рану, предварительно протерев настойкой Панацеи.
- Ты не ранен? - Осведомился он у товарища, одеваясь. Затем натянул туфли, решив, что они и так просохнут и сел, привалившись спиной к дереву, - А здорово мы их, да? Я уж думал живыми из той лужи не выберемся...

- Да ла-адно,  - отмахнулся Антон, от извинений лейтенанта, - никогда не понимал тех людей, которые выкрутившись из какой-то передряги начинают поливать друг друга грязью, пытаясь найти виноватого. Обошлось, да и хрен с ним. Как не надо делать, мы уже поняли, больше так делать не будем - это главное.
На самом деле у Никифорова было что-то наподобие негласного кодекса правил, для самого себя. И в нем присутствовали несколько пунктов касательно подобных дел, которые можно озвучить примерно так: "Предстоит какая-то трудность - не нервничай и не ищи виноватых, потому как этим проблему не устранить, лучше займись подготовкой. Трудность наступила - не нервничай, только хуже сделаешь, сосредоточься на решении. Трудность прошла - ну и хуле нервничать? Ведь все уже кончилось". И так он к этой простой логике привык, что выбить из колеи его могла только неожиданность, да и то ненадолго.
- Да мне и так не холодно, - ответил технарь, махнув рукой. - Нууу, вообще наше исчезновение наверно и не должны так быстро заметить - мы ведь сознание не от скорости потеряли - она, конечно, была большая, но в пределах нормы, а от ускорения. А значит тому, что флаер просто вылетел за границу города, могли и не придать значения - каждый день, флаеры десятками летают в город и из него на такой скорости... Грохнулись мы далеко - опять же - могли и не заметить. Это когда понадобимся кому-то, вот тогда заметят пропажу и начнут искать, да и то не факт что найдут - мы ведь могли и не по прямой лететь - система вообще работала непонятно как и от толчка катапульт сразу же загнулась, так что мы вполне могли летать вокруг Джабари кругами или еще черт знает как, прежде чем очнулись.
Договорив, Тоха понял, что если сейчас не оторвет зад от земли, то потом его уже фиг кто сдвинет отсюдова, как минимум до утра. Сделав волевое усилие, он поднялся:
- Собираемся и потопали, а то я так пригреюсь и задрыхну.
Напарники, а теперь, пожалуй, их уже можно было так назвать, сложили свое добро и вновь двинулись вперед.

***

Когда Антон уже готов был сдаться и попросить пощады, они с Айвеном наконец добрались до места крушения. Перед этим, правда, пришлось немного покружить среди деревьев, в попытках найти то, что осталось от аппарата. Когда же лучи голограмм высветили место крушения - в очередной раз стало ясно, что они очень вовремя катапультировались - судя по просветам в верхушках деревьев, флаер вломился в лес, раз за разом снося ветки и теряя скорость, затем, встретив поистине исполинское дерево, ударился в ствол и вертикально ляпнулся вниз, зарывшись носом в землю. На то, что осталось от машины было тоскливо смотреть - высокотехнологичное изделие больше напоминало сморщенную жестянку из под пива, чем летательный аппарат. Ко всему прочему, остатки топлива видимо вспыхнули, прожарив внутренности, но сработала система избегания взрывов, основанная на чувствительных к теплу клапанах, и потушила пламя, так что теперь из того, что ранее было салоном, воняло горелой пластмассой и какой-то химией.
- Твою жеж, мать! - Ругнулся Антон, подойдя ближе. - Я сильно сомневаюсь, что смогу выколупать отсюда хоть что-то полезное...

- Легче сказать, чем сделать. Чтобы в него залезть, нам нужен лазерный резак как минимум... - прокомментировал Антон, фразу Айвена, приблизившись к аппарату почти вплотную. - Без воды обойдусь, чай не маленькая сопливая девочка. А с горючим сейчас посмотрю, но очень сомневаюсь, что там осталась хоть капля - перед катапультированием датчик почти на нуле был, а тут еще и горело... - не договаривая, он обошел агрегат вокруг. Как и следовало ожидать - открыть двери и залезть вовнутрь не представлялось возможным - смятый гармошкой металл плотно заклинило, а прозрачный пластик, особого вида, выполнявший роль стекла изогнулся дугой, но все еще очень крепко держался.
- Не знаю - может днем я и смогу что-то сделать - подытожил Никифоров, - а сейчас эту коробочку нам, похоже, не открыть. Зато я знаю, как поджечь ветки - только придется немножко поразмяться - эта махина лежит сейчас передом вниз. Следовательно, двигатели вверху и судя по красивому красненькому цвету внешнего обвода, могу сказать, что внутри ускорителя температура такая, что медь можно плавить. Если кто-то из нас возьмет в руки ветку, а другой его подсадит - сможем веточку поджечь. Что скажешь?

Отредактировано Anton Nikiforov (2013-03-27 02:35:59)

- Валяй, - ответил Антон, делая еще один круг вокруг флаера и присматриваясь с какой стороны было бы лучше попробовать достать до источника тепла. Сделав выбор, он оглянулся на напарника. Тот, высказав свои сомнения по поводу устойчивости конструкции, вручил Тохе самодельный факел и предложил начинать.
- Не боись, эту штуковину мы с тобой фигу сдвинем, даже если постараемся, - заверил лейтенанта Никифоров и встав на исходную сказал, - Готов, братец? Я полез. - И он полез. Ежесекундно чертыхаясь и поминая широко известную "мать", Антон, придерживаясь за дерево, кое-как взобрался на плечи Эттвуду, замер на секунду, восстанавливая едва не утраченное равновесие, а затем ткнул факелом куда надо. Буквально в течении пары секунд факел вспыхнул. Далее, не без вышеупомянутой матери, конструкция из двух человек была разобрана, а "олимпийский" огонь, добытый из горячих ускорителей флаера, применен по назначению. До рассвета все так же прошло по намеченному Иваном плану. Спасатели не объявились.
Воспользовавшись дневным светом, техник провел повторный осмотр флаера и с сожалением, подкрепленным десятком нелестных эпитетов по отношению к отсутствию необходимых инструментов и ситуации в целом, констатировал полную невозможность проникновения вовнутрь летательного аппарата.
- Этому хламу поможет только пресс, - подытожил он, оглядываясь вокруг, - здесь водится что-то съедобное?

Отредактировано Anton Nikiforov (2013-03-31 11:51:45)

Удостоверившись, что лейтенант спит, техник активировал свой КПК. В чем он, человек будущего, был похож на своих предков, так это в любви к оружию. Генетика - сильная штука, и за сотню тысяч лет существования человека, оружие стало неотъемлемым элементом каждой культуры. Беря в руки то, что может как убивать, так и поддерживать жизнь, практически каждый мужчина ощущает, в первую очередь, восторг, от того какую силу держит в руках. Антон не был исключением. Хотя в колонии оружие было запрещено, он прочитал множество книг и едва ли не в каждой оружие упоминалось. Исторические фильмы содержали описание всех тех смертоносных предметов, что изобрело человечество. И хотя чертежи отсутствовали, открытое однажды не закроешь. Тайком, Антон собирал некоторые образцы, описание которых было достаточным, чтобы представить принцип действия. Ну и испытывал, естественно, подальше от человеческих глаз. Он не собирался убивать, или продавать это оружие кому-либо, ему просто было интересно. Прекрасно понимая, что ему светит, в случае, если кто-то узнает, Никифоров хранил все свои чертежи на личном КПК, разбитые на части и зашифрованные собственноручно написанным архиватором. Таким образом, только зная где конкретно эти куски хранятся и как они называются, а также взломав пару десятков паролей можно было Антона уличить. Да и чертежи законом запрещены не были, поэтому могли служить только косвенной уликой, а образцы хранились в специальной камере, в подвале. И чтобы достать их - нужно было снять все те защиты, что наставил Антон. Любая ошибка, при преодолении этих защит, привела бы к уничтожению образцов.
Так вот - луки Антон собирал. Причем как из современных материалов, так и из природных, опять же, интересуясь, насколько мощнее будет современный вариант, по сравнению со старинным. И даже имел перечень типов древесины, которую можно использовать для изготовления лука. Простейший лук можно было изготовить, просто сломав длинную палку нужного диаметра, изогнув ее дугой и закрепив на концах дуги тетиву. Порывшись в своих пятидесяти гигабайтах всевозможных справочников, Антон наконец нашел справочник дикой природы и отыскал в нем дерево нужной породы - повертел его голографическое изображение так и эдак, пытаясь отыскать взглядом похожее, но, пока не нашел. Тогда решил, что поиском дерева можно заняться и потом, а вот с тетивой нужно что-то придумывать - древние люди, для изготовления оной применяли жилы животных, их последователи использовали крепкие нити, а современники - синтетические волокна. Естественно, с сухожилиями ситуация обстояла весьма проблематично, да и как их правильно приготовить, Антон не знал. Поэтому было решено использовать все тот же многострадальный парашют. Но в этот раз пришел черед строп. Стропы к слову изготовлялись из трех сплетенных косой, синтетических нитей, толщиной в два миллиметра каждая, рассчитанных на вес, в сумме, около тонны. То есть одна нить могла выдержать килограмм триста, чего с лихвой хватило бы для простенького лука. Отсоединив одну из строп и расплетя ее, Антон, прихватив скальпель, покинул поляну. Навернув несколько кругов вокруг лагеря, он, наконец, отыскал необходимое дерево. Минут пятнадцать ушло, на отрезание ветви и очистку ее от побегов - лезвие скальпеля было узким и неудобным и не давало нормально работать. Вырезав по краям ветви углубления для тетивы, Антон приступил к ее натягиванию - вот это было сложно - то ветка не сгибалась как надо, то рук не хватало, чтобы узел завязать, то тетива получалась слишком слабой... промучившись еще минут пятнадцать Никифоров наконец справился. Побренчав немного, и подергав тетиву так и эдак, он приступил к изготовлению стрел. Нарезав десяток тонких и длинных прутков, Тоха двинулся обратно в лагерь. Эттвуд еще спал. Непроизвольно зевнув, техник пристроился возле костра и стал проделывать в будущих стрелах ямки для тетивы. Когда с этим было покончено, пришел черед наконечников. Так как ничего, что могло бы послужить в их качестве, Антон не имел, он просто заострил прутки, да и все. Оставалась проблема с центром тяжести стрелы и со стабилизаторами. Конечно, учитывая навыки Никифорова, как лучника, да и саму конструкцию лука, стрелять имело смысл на расстоянии не более десяти метров, но, даже в пределах этих десяти метров, не мешало бы иметь стрелы, которые будут лететь более менее ровно. После недолгих раздумий, Никифоров решил использовать в качестве стабилизатора тонкий слой коры, примотанный нитью. Что из этого выйдет он не знал, поэтому сделал всего одну стрелу и взяв лук, испытал ее на ближайшем дереве. С расстояния в три метра было трудно не попасть и тренькнув, стрела впилась в ствол, войдя в сантиметра на полтора. Антон аж присвистнул...

- Твою ж.. - с некоторой растерянностью выдохнул Антон. Лук он все еще держал в руках, но прикинув свои шансы на удачный выстрел, отбросил самодельное оружие в сторону. Полсекунды ушло на то, чтобы склониться и выхватить, выглядывающую из кострища ветвь, а затем ткнуть раскаленным концом в рот твари.
- А как тебе это, детка?!

Сначала Антону показалось, что твари просто пофиг на его поползновения, но так было лишь секунду. В следующий момент заорал Иван, не на шутку напугав техника и пока тот судорожно соображал, как бы исправить свою ошибку и не дать "осьминогу" придушить товарища, все отчасти разрешилось само собой. В воздухе воняло горелым мясом, лейтенант с воплями отбивался от щупалец, но наибольшая угроза была позади.
- Пора кончать с этим хентаем, - произнес Никифоров, хватая палку потолще и подскакивая к "борцам". Замахнувшись посильнее, он влупил по голове чудовища. Неудобное оружие больно отдало в руки, ладони инстинктивно разжались и палка полетела наземь. Однако твари этого хватило - издав невнятный бульк, она выпустила облако черного тумана, и пока оно развеялось, исчезла из виду. Облако, кстати, имело природу похожую на чернила земного осьминога, так как все что в его радиус попало, было покрыто черными клейкими капельками, которые никак не желали стираться или отмываться.
- Тьфу, мать твою, что это за хрень? - Возмутился Антон выплевывая почерневшую, от вездесущих чернил слюну, - Эттвуд, ты цел?!

Отредактировано Anton Nikiforov (2013-04-05 00:59:13)

- Неа. То ли он прется по военным... то ли просто наткнулся на тебя первым, - с легкой иронией ответил Антон, вертя головой по сторонам - противника не наблюдалось. Далее они искупались и лейтенант предложил перенести лагерь "наверх". Никифоров немного сомневался насчет того, что твари-с-щупальцами высота помешает, но спорить не стал - все же Иван шарил в этом немного лучше. Да и технарю с детства хотелось построить дом на дереве. Зачем? Да просто интересно человеку, всю жизнь прожившему в окружении пластика и бетона, пожить вот так в лесу, в дали от цивилизации... будет хоть детям что рассказать или друзьям под кружку чего-нибудь. Затея удалась, хоть и не без скрипа. Уставший от дневных событий Антон, провалился в сон.
***
Проснулся он ближе к обеду, от сигнала КПК, находившегося в режиме ожидания. Кто-то пытался установить соединение.
- Слушаю, - Произнес Никифоров, активировав приемопередатчик.
- На связи спасательно-поисковая команда Альфа-1. Сообщите свои координаты.
- Летите на маячок, - ответил техник отдавая соответствующую команду своему КПК, - тут нехилая просека, не промахнетесь... мы целы, раненных нет - можете особо не спешить.
- Принято. Ждите через пару минут.
- Ждем, - согласился Никифоров, тормоша лейтенанта, - Айвен вставай, за нами прилетели.
А дальше были недолгие сборы, кофе, бутерброды и подробный допрос. Специальная группа тем временем осматривала разбитый флаер и заносила в протокол все детали происшествия. Потом четыре часа лету и вот он дом, родимый дом, ну и естественно вежливое приглашение на разбирательство произошедшего. Да и само разбирательство, во время которого Антону и Айвену здорово потрепали нервы... но как говорится - это уже совсем другая история.