Шеф уголовного отдела Нойманн Вайс спешно собрал всех участников расследования в штабе. По всем стенам помещения мерцали голоэкраны с известными деталями расследования, отдельно стоял интерактивный стенд, где записывались от руки какие-то мелочи, могущие иметь связь с поиском похищенных сотрудников СБ. Вайс активировал в центре комнаты еще одно голоокно, на котором отражалась карта 4-го района города с несколькими красными точками возле одного из домов. Кроме следователей по делу, в штаб вошли трое командиров групп захвата в полном боевом снаряжении, которых тоже вызвали сюда.
- Есть зацепка, ребята, - сообщил Вайс. - Сейчас краткий инструктаж и - за дело.
Он повернулся к голоокну, возле которого стоял и указал на красные точки.
- Это сигналы граждан, поступившие на наш диспетчерский пост за последние 15 минут. О том, что в одном из зданий четвертого района взяты заложники. Одновременно парни, которые контролируют сигналы КПК наших похищенных людей, сообщили, что имеют один стабильный, принадлежащий Генри Стивенсону. Это патрульный, который был похищен четвертым из всего списка наших искомых. Как вы знаете, преступники используют прием постоянной перевозки своих жертв с места на место, которые мы не можем корректно отследить из-за задержки спутниковых сигналов. Сейчас сигнал Стивенсона стабилен уже 25 минут, и находится он как раз в том здании, о котором нам звонили граждане. Что конкретно там произошло, мы пока не знаем. Патрули выехали на место и оцепили дом. Он жилой, муниципальное жилье для мелких госслужащих, обычные квартиры-малогабаритки, 34 этажа, на первом и втором этажах - магазины и офисы. На каком именно этаже находится Стивенсон, определить невозможно, но он точно в северо-восточном крыле здания. Диспетчеры будут нас направлять, если зафиксируют изменение дислокации сигнала. КПК Стивенсона еще не в аварийном режиме, значит, есть все основания полагать, что он жив. Граждане сообщили о группе людей, заблокировавших жильцов дома на 34-м этаже, остановивив лифты и перекрыв доступ к стоянке флаеров на крыше. Кроме того, бандиты непонятно чем сбили два подлетавших к зданию флаера. Предполагается какое-то дистанционное электромагнитное воздействие на машины, так как один позвонивший нам свидетель утверждает, что один флаер просто выключил двигатели в воздухе и рухнул вниз. Никаких требований преступники не выдвигали и связаться с СБ не пытались. Выбросили в окна двух заложников. Как вы понимаете, они нам ничего уже не расскажут... На данный момент в этом районе мы имеем пять трупов - заложников и пассажиров сбитых флаеров. Есть все основания предполагать, что Стивенсон находится как раз на 34-м этаже. Поэтому все силы мы сейчас бросим туда.
Вайс посмотрел на командиров групп захвата.
- Превому отряду предстоит высадиться на стену здания снаружи, чтобы попасть с нее на крышу, и оттуда атаковать преступников, находящихся на последнем этаже. Второй отряд поднимается по лестницам и атакует 34-й этаж снизу, производя зачистку. Третий отряд планомерно прочесывает северо-восточное крыло по всем этажам в поисках Стивенсона, если он все-таки не наверху. И пресекает спуск бандитов по лестницам, если они прорвутся через заслон второго отряда. Приступайте, господа. От вас зависит жизнь нашего коллеги. И... в случае чего, можете с жертвами среди мирного населения не считаться. Глушите всех, кто будет мешать. Захват преступников для нас крайне важен. Следователей прошу пока задержаться.
Командиры тут же покинули помещение штаба, отправившись на задание. Вайс посмотрел на оставшихся сотрудников СБ.
- Еще на минуту задержу. Пока наши ребята там расчистят путь, мы как раз прибудем. Теперь о главном. Все эти 25 минут, пока КПК Стивенсона находится в стабильности, с него короткими периодами передаются закодированные данные в направлении Бронве. Все происходит так же, как и было с погибшими похищенными сотрудниками незадолго до того, как их нашли. С их КПК тоже передавали какие-то данные, которые мы пока так и не смогли расшифровать. Только тогда передача была направлена в сорону Джабари. То есть, сейчас есть основания полагать, что и Стивенсона намерены убить в ближайшее время, когда передачи закончатся. Наши ребята из техотдела все записывают. Пытались пресечь передачу, но преступники постояно переводят сигнал со спутника на спутник. А чтобы все спутники связи заблокировать, необходимо разрешение властей, которого нам не дали. В Совете вообще недовольны нашими методами работы, и взбучки я получаю регулярно. Поэтому нам придется действовать именно в таких условиях. Приемник в Бронве пока не определен, там наши коллеги над этим сейчас тоже работают. Но в Джабари мы тоже не обнаружили приемника, хотя смогли локализовать район приема. Но там  наши джабарийские коллеги тоже ничего не нашли. Короче, все плохо, господа. Если мы и на этот раз упустим преступников и не сможем спасти Стивенсона, грош нам цена. Поэтому я прошу вас проявить максимум собранности в выполнении задания. Высаживаетесь с флаеров на лоджии 30-го этажа с южной стороны. Дальше переходите в северо-восточное крыло и идете за вторым отрядом захвата. Технари будут постоянно на связи, они уже сканируют здание и пытаются понять, чем сбили флаеры. Если вопросов нет, то все свободны и принимаемся за дело.
Норманн Вайс демонстративно поправил свой табельный станнер в кобуре на поясе, намереваясь тоже принять участие в операции. Он обвел глазами сотрудников, ожидая вопросов. Но не желал растягивать брифинг, потому что время сейчас было дорого.

Проламываясь через квартиры, во многих из которых оказались перепуганные жильцы, вторая группа захвата шла к направлении сигнала КПК Стивенсона. Она разделилась в северо-восточном крыле здания. Дверей вскрыли много, но похищенного СБшника не обнаружили. Тама все время слышала краткие доклады бойцов, которые заключались в уточнении их дислокации и слова "чисто". Более приглушенным фоном в ракушке рации были слышны аналогичные доклады третьей группы захвата, шедшей сейчас снизу и находившейся на втором этаже. Командир певой группы доложил, что они поднимаются по стене к стоянке флаеров на крыше.
Обшарив 30-й этаж, командир второй группы, с которой шла Тамара, собрал группы и перевел ее перебежками на 31-й этаж. Но и там никого не нашли. Люди, которые оказывались в квартирах, мало что знали, и на вопросы толком ответить не могли. Они слышали наверху крики, видели выпавших из окон людей и сбитые флаеры, но это было все, что они могли поведать. То есть, в данной ситуации, практически ничего. И выводить из здания СБ пока никого не спешило, ведь среди жильцов могли оказаться спрятавшиеся террористы (в данной ситуации их можно было назвать только так).
31-й и 32-й этажи оказались условно чистыми. Вооруженных чем-то людей или бандитов, держащих заложников, не обнаружено. К этому времени первая группа уже выбралась на стоянку, оглушила там из станнеров какого-то типа, который принялся швырять в них мусором, обломками пластика, шедшего тут на отделку, и прочей ерундой. Положили его быстро, окружив. Судя по докладу командира первой группы, этот идиот вел себя, как конченный панатик (наркоман, употребляющий пан), объевшийся или обнюхавшийся наркотой. После этого первая группа начала штурм 34-го этажа с крыши. А вторая попробвала подняться и атаковать снизу. Почти сразу же по рации послышались крики членов первой группы, которые явно пострадали отчего-то и рык их командира:
- Назад!
Снова крики и стоны, после чего запыхавшийся командир крикнул:
- Немедленно медиков на крышу! Вход блокирован баррикадой из мебели, и через нее из технических пульверизаторов разбрызгивают кислоту! Четыре бойца серьезно пострадали! Стрельба по баррикаде не дала эффекта. Похоже, там нет людей, которых мы могли бы оглушить. Пульверизаторы действуют либо автоматически, либо управляются дистанционно! В строю в первой группе осталось пять бойцов! Крышу контролируем, но как войти внутрь, пока не знаем! Где медики, так вас и растак?!
Командир первой группы грязно выругался.
- Всем бойцам: будьте осторожны! - закончил он свой доклад в эфире.
Тут же стало слышно доклады от третьей группы снизу. У них все было чисто. Снаружи здания поднялись два флаера СБ, чтобы сопроводить машину "скорой помощи" (которая уже дежурила на одной из крыш соседних домов). Тут же из окна 34-го этажа с их стороны послышался гулкий странный звук, похожий на низкочастотный, и у одного из флаеров СБ отключились двигатели. Из окна послышался откровенно ненормальный гогот нескольких мужиков. Все это фиксировалось дистанционными наблюдателями из соседних домов. Пилот флаера в панике прокричал, что у него все вырубилось на борту, и он падает. Его флаер рухнул вниз, но вследствие набранной до этого инерции, шел по дуге, влепившись в фасад соседнего дома. Потом упал ниже на большой уличный голопроектор-билборд. Пилот успел каким-то чудом выскочить на конструкцию, прежде чем флаер окончательно полетел вниз. Людей на улице успели разогнать патрульные, но упавший флаер разбил собой еще две машины СБ, стоявшие внизу. Началась суматоха по снятию пилота с билборда, на котором бедняга завис, вцепившись в узкую металлическую конструкцию голопроектора руками и ногами.
Вторая группа захвата тем временем поднялась по лестнице и тоже наткнулась на плотную баррикаду из мебели и стеновых панелей. Но приближаться к ней не стала, получив предупреждение от бойцов с крыши.
- Трое здесь, остальные со мной, - приказал командир. - Попробуем поискать пути через вентиляцию или снаружи по балконам.
Вентиляционные шахты оказались слишком узкими, чтобы в них мог протиснуться взрослый человек, поэтому решено было попытаться подняться через лоджии на южной стороне.

Гидрантов в этом здании не было (их можно было сейчас встретить только в очень старых домах или дешевых доходных, где владельцы не хотели тратиться на современные системы пожаротушения). По потолку и стенам у пола тянулись небольшие отверстия с соплами распылителей. Возле одного из них имелась табличка, указывающая, что вода в системе пожаротушения используется с хладонами, не опасными для кожи, слизистых облочек и глаз. То есть, здание было оборудовано не самой лучшей, но вполне современной системой борьбы с огнем.
Пока двое бойцов второго отряда полезли по лоджиям на 34-й этаж, остальные с командиром остались пока внизу. Посланцы должны были выяснить, можно и с этой стороны будет попасть, и контролируется ли эта сторона преступниками. Ведь здание больше и стоять на всех лоджиях вряд ли они будут. Во всяком случае, на это была надежда.
На крыше тем временем все же села "скорая помощь" и с пострадавшими СБшниками уже возились медики. Пока им было рекомендовано с крыши не пытаться взлетать, чтобы не быть сбитыми. К зданию подтягивали летающие беспилотники (зонды городского контроля), чтобы прикрыть отлет врачей и раненых.
По рации сообщили, что доставлена партия роботов для разбора баррикад и оказания пмощи СБшникам в качестве прикрытия. Это были простые машины, которые управлялись голсоовыми командами, но распознавали немногие: стоять, идти, убрать завал, сгруппироваться, разойтись, обследовать помещения с целью поиска людей, распознать и принести известный предмет. В данный момент роботов уже выгружали и активировали на 30-м этаже. Вскоре 8 машин появилось на 33-ем этаже и подъехали к СБшникам. По рации был передан код управления ими. Дополнительно техники доложили:
- Лифты заблокированы, кабины на 34-м этаже. Технических роботов для обслуживания лифтов сверху мы запустить не можем, они там все отключены. Снизу - бессмысленно пускать шахтовых роботов, днища кабин хорошо укреплены. Пока кто-то не попадет в лифтовую на 34-м, ничего сделать нельзя, и через шахты на этаж не проникнуть. Мы тут подумаем, как можно снизу попробовать вскрыть кабины, лазеры подгоним. Но если в кабинах есть сейчас заложники, это будет убийство. Системы общедомового наблюдения не работают на 34-м, наверно, уничтожены.
- Принято, - отозвался командир и посмотерл на Тамару. - Возьмите роботов под свое управление и раскидайте баррикаду. Это отвлечет бандитов от лоджий, и наши смогут пробраться. А мы уже посмотрим по ходу, как лучше остальным подняться.

На вопрос о включении системы пожаротушения командир группы захвата отрицательно покачал головой.
- Нельзя. Мы не знаем, какая кислота используется, сколько ее, какова ее плотность и какие там запасы. Если давление и  плотность кислоты окажется значительно выше тех же параметров воды, то мы тут не только дышать не сможем, но и кошмарный пожар спровоцируем. Просто сделайте все, что можно, чтобы отвлечь бандитов, пока мы тут пытаемся пробраться наверх.
После этого он ушел к лоджиям с остальными бойцами.
"Кислотный дождь" был спрятан и в этой баррикаде. И пульверизаторы активировались сразу, как только роботы приблизились к завалу из мебели. Завоняло просто адски, с роботов, шипя, потек пластик. Хотя Иванова пряталась за довольно широкими машинами, но брызги полетели и на нее. Блузку и брюки прожгло в нескольких местах, несколько крошечных капель попало и на кожу, оставив несколько болезненных ожогов на открытых руках. Жгучими испарениями обожгло слизистые горла и носа Тамары так, что она закашлялась. Пол вокруг "вскипал" сожженными участками.
Но роботы шли дальше, хоть и потеряли внешний полимерный облик, покрывшись пеной из разрушенного пластика. Но было непохоже, что кислота намерена закончиться. Когда роботы начали с грохотом двигать баррикаду внутрь этажа, то завалили и пульверизаторы. В общем шуме и шипении не было слышно, как упали и разбились керамические распылители, и кислота потекла по полу в разные стороны, пожирая покрытие пола и предметы, которые на нем размещались. Из глубины этажа (издалека) послышался истеричный мужской голос "Сволочи! Мрази поганые!", после чего раздался странный удар, врезавший по барабанным перепонкам, и роботы замерли, выключившись. Один из них упал, так как в этот момент перемешал свои опоры, и потерял равновесие в момент отключения. Падая, он едва не пришиб Тамару, которая задыхалась сейчас за соседней машиной.
В результате роботы сдвинули немного баррикаду внутрь этажа, сбили кислотные распылители, но не нарушили завала настолько, чтобы в нем образовался проход. Все вокруг кошмарно воняло, дымился пластик и мебель, амбре стояло несусветное. Задержавшись в этой зоне еще хоть на секунду, Тамара рисковала потерять сознание. А роботы так и замерли, вцепившись манипуляторами в баррикаду и только укрепив ее собой.
С лестницы прибежал один из бойцов группы захвата (видно, по рации услышали кашель и хрипы Ивановой). Он подхватил аТамару под руки и потащил за собой в боковой коридор, ближе к балконам, где был воздух. Там он всунул девушке в руки противогаз и осмотрел ее руки в точках ожогов.
- Вы с ума сошли! - сердито сказал он. - Зачем вы сами туда полезли?
Он передал по рации, что на 33-ем этаже требуется медицинская помщь пострадавшему от кислоты. А также нужны новые роботы.
- Меня командир прислал и велел быть с вами. Идите со мной.
Боец подвел Тамару к встроенному в стену фонтанчику питьевой воды и принялся промывать ее ожоги. Хоть они были крошечные, но очень досаждали. Наверху, на баррикаде были слышны крики, грохот, шипение, и в коридор потянуло вонючими испарениями и дымом.

Следующую тройку роботов, пошедшую на приступ баррикады, тоже ждала неудача. Тамара, которая пошла за ними и была рядом, снова из клубов дыма услышала гулкий неприятный звук, похожий на удар. И снова роботы вырубились. Но не только они. Тамара увидела, что на ее станнере погас индикатор активной энергоячейки. Оружие стало бесполезным, излучатель просто не работал. Боец, который остался при Ивановой, тоже с недоумением посмотрел на свой станнер в руках. Тот тоже вырубился.
- Черт, у меня еще и все данные с тактических линз исчезли, - сообщил он. - Эта хрень там, внутри, все оборудование отключает! Вот зараза!
Тут Тамара поняла, что слышит бойца не по рации в ухе, а своими ушами. Под противогазом его голос звучал глухо и невнятно. Связь со всеми отрядами прервалась.
- Надо вернуться, чтобы сменить оружие и снаряжение! - прокричал сквозь маску боец. - Мы ничего не сделаем тут без оружия! Твою мать, они не дадут нам...
Тут его речь прервалась диким криком какой-то женщины сверху, из-за баррикады, которую значительно укрепили восемь стоящих отключенных роботов и один лежащий на полу). Это было отчаянный вопль, переходящий в визг. За ним послышался бешеный крик уже мужчины (казалось, что такой мог издавать только ненормальный). И женский крик оборвался, с каким-то скверным грохотом. Создалось полное впечатление, что женщину только что убили...

Боец группы захвата мешкал недолго. Он с недоумением посмотрел на Иванову, кинувшуюся разбирать еще шипящий от кислоты завал практически голыми руками. Да еще и будучи теперь совершенно безоружной. Но крик наверху подействовал и на его психику мощно... Постояв несколько секунд, он все же кинулся на помощь девушке, встав рядом с ней и разгребая проход в завале. Тактичеческие перчатки у него на руках задымились и пошли дырами от попавшей на них кислоты. Он сдернул их с рук и выбросил.
- Надо попробовать просто перелезть, - прокричал он глухо через противогаз, приблизив свою голову к голове Тамары. - Только быстро. Пока тут столько дыма, можем проскочить. Думаю, за баррикадой тоже уродам не сладко, если у них нет дыхательных масок. Но могут и быть, если они кислоту сюда перли. Давайте я проскочу первым и отвлеку их, постараюсь в сторону от баррикады увести, чтобы вы смогли перелезть уже незаметно.
Парень посмотрел на свои ладони, собираясь с духом, потом резво полез по баррикаде вверх и быстро перебросил тело на ту сторону. Тут же там послышались глухие гнусавые вопли, топот, грохот и шум погони, уходящий в сторону. И уже метрах в 15-ти слева (судя по звуку) явно началась драка. Что-то стучало и лязгало: возможно, преступники орудовали холодным оружием.

Примечание мастера: мини-станнер Ивановой тоже отключен, и им воспользоваться невозможно. Разве что, орехи колоть.

Оказавшись по другую сторону баррикады, Тамара увидела, что широкий коридор наполнен ядовитым дымом. Прямо перед Ивановой лежал труп женщины. То, что она мертва, сомнений не вызывало: голова ее была разрублена и часть тела плавлась в луже кислоты на полу. Слева был слышен шум яростной драки в холле перед лоджиями. Прямо под ногами девушки пузырями вспенился пол от разлитой кислоты. Разбившиеся пульверизаторы и две большие емкости с кислотой находились здесь же. У Тамары, оказавшейся в луже кислоты, задымились подошвы туфель. Стоять на месте - это значило еще и без обуви остаться. В куче мебели торчало много обломков, которые могли сойти за импровизированную дубинку, но пластиковые были залиты кислотой, сделавшей их хрупкой пенной субстанцией, а металлические просто не было возможности выдрать из кучи вещей. Максимум что удалось обрести в качестве оружия Тамаре, это - вспенившаяся с одной стороны, но не поврежденная с другой, ножка от стула из двух перевитых пластиковых цилиндров, всего сантиметров 60 длиной. Только ее девушке удалось отломить от стула, зарытого в дымящейся баррикаде.
Шум драки слева дополнялся дикими воплями, грохотом мебели, топотом и звоном клинков (явно длинных, судя по звукам). В дыму ничего не было видно. Вдруг из коридора выбежал какой-то здоровый тип с вытаращенными красными глазами и совершенно безумной мордой. В руках он сжимал длинный изогнутый клинок, похожий на легкий эспадрон. Противогаза на нем не было, и кожа на лице явно была сейчас воспаленной, а нос распухшим и красным. Тип летел явно на шум драки, даже не прикрывая лица и глаз от испарений, вьющихся в воздухе. Сомнений в том, что это один из преступников, не было.
Увидев Тамару, тип резко остановился и потерял пару драгоценных секунд на лицезрение девушки сквозь град слез, льющийся по его морде из воспаленных глаз. Похоже, он не ожидал увидеть здесь хрупкое белокурое создание с обломком пластиковой ножки от стула в руках. Выражение морды бандита было каким-то ненормальным, даже учитывая ситуацию и стресс. И своим импровизированным оружием Тамара такому шкафу могла разве что незначительный синяк поставить, не больше. Тогда как у него в руках имелось вполне серьезное холодное оружие.

Атака Ивановой полностью провалилась. Несмотря на то, что бандюга был без противогаза и явно в неадекватном состоянии, он, тем не менее, почти без труда отбил своим клинком импровизированную дубинку Тамары. Тут ж осклабился и заржал. Вытаращив глаза в полопавшихся сосудах и продолжая гоготать сумасшедшим смехом, мужик выставил перед собой клинок, направив его на девушку. И зашагал на нее, заставляя отступить назад, к баррикаде, обтекающей кислотой. С морды у него, как у бешеного животного, текли слюна, сопли и слезы. Нечленораздельное "Ы-ы-ы!" он, видимо, считал достойным боевым кличем в данной ситуации. Его ботинки на толстой подошве дымились и пенились в луже кислоты. И картину собой этот урод представлял жуткую. Никакого сомнения в том, что он сейчас собрался просто зарубить Тамару, не было.

Хотя девушка была в противогазе, обожравшийся паном бандит, ее услышали, кажется, понял. Он вскинул красные глаза за ее спину, на баррикаду. И тут же каким-то инстинктивным жестом рубанул воздух клинком прямо перед Тамарой. Лезвие пролетело в нескольких сантиметрах от ее тела, не задев его. Но пролетело чертовски опасно, показав, что мужик никого щадить не намерен, и убьет любого, кого пожелает, как только ему этого захочется.

Офф: кину на общую удачу сил СБ в настоящий момент и следующим постом отпишу техпост о результатах)

[dice=1936-1:6:0:успех действий СБ в иных точках боя]

Деваться особо было некуда. Следователь кинула палку с шипящим от кислоты концом в лицо нападающему и сразу же провела удар в пах. Уже не надеясь одолеть эту скотину в рукопашной, но Ивановой сделать это было нужно. Первоначально охвативший ее гнев уже прошел. Тамару переполняло безразличие. Она сумела абстрагироваться от разрубленной жертвы, от боли кислотных ожогов, которые получила продираясь через завал. Сосредоточилась только на текущей задаче.

[dice=1936-1:6:0:-]

Тамара поднялась, стараясь не потерять контроля, над собой.
- Слева были слышны звуки драки, возможно ваш товарищ там. Ему необходима помощь...
Она прикинула куда ей идти.
- Думаю нам нужно разделиться. Вы помогите бойцу который первым взял баррикаду, а я пойду попробую пустить на этаж наших. Идет?

Техпост
Наркоман частично парализован. Выстрелы попали не в голову или грудь, когда гарантирована мгновенная отключка, а в правое плечо и левый локоть. Преступник не оглушен и орет, но руки ему полностью парализовало.

Техпост
Я не стану учитывать этот бросок дайса, так как промахнуться в двух шагах невозможно. Полупарализованный панатик вырубился и упал на пол лоджии. Два-три часа глубокого обморока ему обеспечены. С головной болью после него.

- "Зорал" и "Кот" атакуют квартиру №3421 из коридора! - сообщил кто-то из бойцов группы захвата по рации.
- Глушите там всех к черту! - раздался в ракушке рации голос командира второй группы захвата. - Потом разберемся, где бандиты, а где заложники. "Сосна" и "Муха", проверить остальные квартиры.
Боец, который был с Тамарой, заскочил внутрь комнаты через двери лоджии и сразу открыл огонь, буквально поливая из станнера сидящих на полу людей и пятерых бугаев панатической наружности с длинными клинками в руках. Они видели, как двое СБшников подошли со стороны лоджии и уложили их приятеля. Но в этот момент их обстреливали и из коридора через проем вынесенной бойцами двери. Бандиты явно замялись, но один выхватил нож из-за пояса и метнул в сторону парня, стоявшего рядом с Тамарой.

[dice=7744-1:6:0:-]

Нож, жалобно звякнув, упал, время для Ивновой словно замедлилось. Оперативник словно прозрела, получила какое-то адреналиновое откровение. Она видела всё. Каждую деталь обстановки, успевала её воспринять и оценить. Не смотря на приказ командира "Глушить всех к чёрту" задача не казалось простой. Не сложно было понять, кто есть кто в комнате. Всё было ясно с первого взгляда. Панатики с мечами, охранявшие сидящих людей в центре комнаты, были хорошими целями. Их можно было выделить по особенно скотскому виду и длинно клинковому оружию. Но задача все равно не была простой. Было необходимо не попасть в своих находившихся с противоположной стороны комнаты. Террористы, оказавшиеся под перекрестным огнем, слишком медленно реагировали.
Тамара выстрелила в метнувшего нож террориста, а потом быстро перевела огонь на ближайших панатиков в комнат. Оперативник успела прицелиться и выстрелить еще два раза. Ей уже прилично досталось во время этого штурма. Она допустила массу тактических ошибок, цену которых оплатили коллеги. Своими жизнями. Если продолжить ошибаться сейчас, то эта высокая кровавая цена ими уплачена зря. Следователь была предельно собрана и сосредоточена на том что делает, хотя вид, конечно, был мягко скажем не очень.
Руки были покрыты язвами химических ожогов, и жутко болели. Белая блузка прожжена в нескольких местах. Сквозь дыры в белой дорогой ткани, также светились участки обожжённой нежной кожи. Дорогие туфли были готовы развалиться. 

[dice=1936-1:6:0:-]